На главную
История
1918-1939
1939-1945
1945-1990
После 1990
Орденские планки
Полковые знаки




 

 

 

 

 

 

 

 

Осень 38-го: и снова польская «гиена» бок о бок с германским «волком»

Следующим после аншлюса Австрии и признания загнанной в угол Литвой Виленской области территорией Польши («Германия-Польша: вам – Вильнюс, нам – Клайпеда») примером «плодотворного» германско-польского сотрудничества в деле захвата европейских земель и продвижения на Восток стало совместное расчленение Чехословакии. Между прочим, фраза, которую так любят ставить в вину Вячеславу Молотову, когда он в сентябре 1939 года назвал Польшу «уродливым бастардом Версальской системы» (т. е. порождением завершившего Первую мировую войну Версальского договора), является лишь калькой с аналогичного заявления Юзефа Пилсудского. Это именно отец-основатель межвоенной Польши заявил, что «искусственно и уродливо созданная Чехословацкая Республика не только не является основой европейского равновесия, но, наоборот, является его слабым звеном».

Польша, начиная практически с 1918 года, пыталась отторгнуть ряд областей у Чехословакии, и в первую очередь Тешинскую Силезию – небольшой, но весьма мощный индустриальный район, где проживали в т. ч. этнические поляки. Когда Гитлер только еще планировал предъявить претензии на населенные немцами районы Судет, принадлежавшие Чехословакии, эмиссары польского правительства предложили немцам оказать синхронное давление на чехов как по судетскому, так и по тешинскому вопросам. 14 января 1938 года Гитлер принял министра иностранных дел Польши Юзефа Бека. Аудиенция положила начало польско-германским консультациям по поводу Чехословакии.

После упомянутого аншлюса Австрии Гитлер выступил с требованиями к Чехословакии «об обеспечении прав судетских немцев». Вскоре с аналогичными требованиями по поводу тешинских поляков выступила и Варшава. Когда 12 мая СССР заявил о готовности поддержать Чехословакию в противостоянии с Германией при условии прохода Красной армии через Польшу или Румынию, последние дружно заявили, что никогда такого прохода не допустят. Причем поляки стали резко хамить и своим традиционным покровителям – французам. Юзеф Бек без обиняков заявил, что в случае франко-германского столкновения Польша останется нейтральной и не будет выполнять франко-польский договор, поскольку он предусматривает лишь оборону от Германии, а не нападение на нее. Кроме того, Польша категорически отказывалась поддержать Чехословакию, столкнувшуюся с угрозой германской агрессии, и, тем более, Советский Союз, заявив, что Польша не только пропустит через свою территорию Красную армию, но даже и не разрешит пролета советских ВВС для оказания помощи Чехословакии, поскольку требует одновременного решения вопроса о Судетах и Тешине. В довершение Польша еще и упрекнула Францию за то, что та не поддержала ее намерение в марте 1938 года оккупировать Литву.

С немцами поляки вели себя куда любезнее: не только подтвердили обещание не пропустить русских, если те надумают помочь чехам, но и предложили конкретный план раздела Чехословакии. 24 августа до сведения Берлина было доведено мнение польского руководства, согласно которому Закарпатье и Словакия должны были быть переданы Венгрии, Тешин – Польше, а все остальное – Германии.

В сентябре почти синхронно были созданы «Добровольческий корпус освобождения силезских немцев» и «Добровольческий корпус освобождения Тешина». Немецкие и польские боевики начали нападения на чехословацких военных и полицейских, при этом, уходя от преследования, они находили убежище на немецкой и польской территориях. Одновременно Берлин и Варшава разворачивали кампанию ультиматумов Праге.

Советский Союз, в соответствии с советско-французско-чехословацким договором, выразил готовность прийти на помощь Чехословакии, если ее правительство попросит об этом, и даже если Франция сохранит нейтралитет. Германия по этому поводу промолчала. Зато 8-11 сентября 1938 года на польско-советской границе были организованы крупнейшие в истории возрожденного польского государства военные маневры, в которых участвовали пять пехотных и одна кавалерийская дивизии, одна моторизованная бригада, а также авиация.

Как и следовало ожидать, маневры завершились полным разгромом «наступавших» с востока «красных» (условное название части принимавших участие в маневрах польских войск), после чего последовал грандиозный семичасовой парад в Луцке, который принимал лично «верховный вождь» Рыдз-Смиглы. А на чехословацкой границе поляки развернули отдельную оперативную группу «Шленск» в составе 4-й, 21-й и 23-й пехотных дивизий, Великопольской и 10-й моторизованных кавалерийских бригад под командованием генерала Бортновского.

Когда советская сторона 23 сентября заявила, что если польские войска вступят в Чехословакию, СССР денонсирует заключенный им с Польшей в 1932 году договор о ненападении, польский МИД надменно ответил: «Меры, принимаемые в связи с обороной польского государства, зависят исключительно от правительства Польской Республики, которое никому не обязано давать объяснения».

Стремясь любой ценой «умиротворить» Гитлера, Англия и Франция сдали ему своего союзника – Чехословакию. В тот же день, 30 сентября, Варшава предъявила Праге новый ультиматум, требуя немедленного удовлетворения своих требований. Польский посол в Париже откровенничал со своим американским коллегой: «Начинается религиозная война между фашизмом и большевизмом, и в случае оказания Советским Союзом помощи Чехословакии Польша готова к войне с СССР плечом к плечу с Германией. Польское правительство уверено в том, что в течение трех месяцев русские войска будут полностью разгромлены, и Россия не будет более представлять собой даже подобия государства».

По приказу своего правительства чехословацкие войска 1 октября начали отход с польской границы, а на следующий день польские войска оккупировали район Тешина.

Расположенные там предприятия давали в конце 1938 года почти 41% выплавляемого в Польше чугуна и почти 47% стали. Как писал по этому поводу в своих мемуарах Черчилль, Польша «с жадностью гиены приняла участие в разграблении и уничтожении чехословацкого государства». Захват Тешинской области рассматривался как национальный триумф Польши. Юзеф Бек был награжден высшим орденом Белого Орла (хотя больше заслужил орден Пятнистой гиены). Благодарная польская интеллигенция поднесла Беку звание почетного доктора Варшавского и Львовского университетов, а польская пресса продолжала призывать к новым свершениям в стиле уже содеянного. Так, 9 октября 1938 года «Газета Польска» писала: «Открытая перед нами дорога к державной, руководящей роли в нашей части Европы требует в ближайшее время огромных усилий и разрешения неимоверно трудных задач».

И действительно, 28 ноября 1938 года окрыленные успехом Бек и K° потребовали передачи им Чехословакией Моравской Остравы и Виткович. Но Гитлер сам положил на них глаз, и с ходу отмел польские притязания.

 

Источник: KMnews

 

 

 

    

Copyright © 2002-2014